Беглый помощник депутата Сергей Мельник рассказал о думских расценках

По его словам, депутатский запрос Дорохина стоит 500 тыс. руб., а запрос Геннадия Зюганова — 3 млн рублей.

Дорохин

Сергей Мельник, помощник депутата Государственной думы от КПРФ Павла Дорохина в 2011–2015 годах, сбежал в 2015 году в Германию, где получил статус политического беженца. Три года он бомбардировал Думу жалобами на своего бывшего начальника, но их не замечали.

В июне 2018-го Тверской районный суд г. Москвы принял его – беспрецедентный – иск против кадрового управления Госдумы о незаконном увольнении. Уехав за границу, Мельник прихватил с собой массу документов, свидетельствующих о коррумпированности Павла Дорохина, да и депутатов ГД в целом, и сейчас готовит к выходу книгу о нравах российского парламента. Корреспондент Радио Свобода побеседовал с автором и ознакомился с частью документов.

Как рассказывает Сергей Мельник, до знакомства с Дорохиным в 2010 году он работал юристом – помогал иностранным фирмам получать аккредитацию для работы в России и решать миграционные вопросы. На этой почве познакомились и с Дорохиным: будущий депутат работал тогда заместителем генерального секретаря Итало-российской торговой палаты, а Мельник помогал его партнерам.

«В августе [2011 г.] он мне сам позвонил, предложил встретиться и объяснил, что его друг Геннадий Зюгановпредлагает ему пойти в Госдуму от Свердловской области». По словам Мельника, Дорохину нужен был корпоративный юрист, и он предложил Мельнику стать его помощником в Думе – если выборы пройдут для него удачно. Мельник согласился.

«Конечно, этот вопрос не был бесплатным, – рассказывает он. – Он попросил у меня 500 тыс. рублей “на расходы” по предвыборной кампании». Несмотря на то что Сергей понимал, что деньги эти Дорохин либо заберет себе, либо отнесет в «кассу» фракции, чтобы оплатить свое собственное выдвижение, он согласился: «Я понимал, что это хорошее вложение, если я попаду в Госдуму и буду работать с людьми.

В тот момент я хотел поменять работу, мне хотелось заниматься чем-то новым».

В декабре 2011-го Дорохин прошел в Думу и был назначен заместителем председателя Комитета по промышленности. Сергей Мельник рассказывает, что быстро понял: Дорохин, как и другие депутаты, избрался, чтобы зарабатывать деньги, не слишком стесняясь в способах. Первая статья доходов, по его словам, – продажа удостоверений помощника депутата.

По закону (3-ФЗ), у депутата может быть два помощника на постоянной основе по работе в Госдуме, еще до пяти помощников в регионе, от которого избрался депутат, плюс до сорока помощников на общественных началах, в удостоверениях которых может значиться как «по работе в Государственной думе», так и по работе в регионе.

Как поясняет Мельник, как минимум двух помощников депутат трудоустраивает: одного в Думе, второго в регионе, а почти все остальные удостоверения продаются «на депутатском рынке». Стоимость удостоверения помощника депутата по работе в ГД может доходить до 2 млн рублей, а корочка помощника по работе в регионе стоит от 1 до 2 млн.

Помощники на общественных началах дешевле – от 300 тыс. до миллиона рублей: «Часть удостоверений покупают московские бизнесмены, часть – региональные, но даже региональные хотят, чтобы у них в удостоверениях было написано «по работе в Госдуме», это считается более статусным», – рассказывает Сергей Мельник.

Стоимость корочек, как и других услуг, оказываемых депутатами, зависит от партии («Единая Россия» дороже всех) и от приближенности депутата к руководителю фракции. Депутат уровня Дорохина, к примеру, берет за корочки от 800 тыс. рублей.

Деньги обычно отдают наличными, встречаясь в гостинице «Метрополь», в ресторане «Кабинет» или пивном баре «Британская королева» на Большой Дмитровке, а также в заведениях в Камергерском переулке. «Если посидеть там несколько дней, обязательно увидишь, как какой-нибудь депутат в конвертике под салфеточкой получает деньги», – уверяет Мельник. Причем если переговоры о суммах часто ведут помощники, то взятки депутаты предпочитают принимать лично.

Не все клиенты готовы привозить взятки в конвертах, что касается Дорохина, то с 2012 года часть денег стала поступать на счета компаний, зарегистрированных на жену Дорохина Анастасию Айтматову и его итальянских партнеров.

Все они были открыты в 2011-12 годах, но закрыты после того, как информация о них утекла в прессу в мае 2015 года. Думская Комиссия по депутатской этике этой информацией, однако, не заинтересовалась.

Приемная без приема

Иллюстрацией коммерческой составляющей работы парламента может служить сотрудничество Павла Дорохина и Сергея Мазуркевича, генерального директора компании “ТрансСибУрал” – грузового железнодорожного перевозчика из Свердловской области.

Андрей Альшевских, тогда депутат свердловского Законодательного собрания от КПРФ, а сегодня – депутат ГД от ЕР, обвинял Мазуркевича в сговоре с начальником Дирекции управления движением Свердловской ЖД, обеспечивавшим беспрепятственное прохождение вагонов «ТрансСибУрала» в ущерб другим игрокам.

Нарушения заметила даже ФАС, оштрафовавшая компанию на 15 млн рублей, впрочем, через два месяца Мазуркевич вошел в Общественно-консультативный совет по защите прав предпринимателей в сфере развития конкуренции при свердловской ФАС – у него были гораздо более влиятельные заступники в Москве.

Сергей Мельник утверждает, что Павел Дорохин получил как минимум два миллиона рублей от «ТрансСибУрала»: часть денег была перечислена на счета компаний, контролируемых женой и партнерами Дорохина (платежные поручения есть в распоряжении РС), часть была передана наличными в присутствии Мельника.

В эту сумму, по словам Мельника, входили удостоверения помощника депутата на общественных началах для самого Мазуркевича и двух его замов, спецномера на машину Мазуркевича, а также целая приемная депутата Дорохина в городе Березовске, где находится головной офис «ТрансСибУрала».

Граждан должен был принимать заместитель Мазуркевича Виктор Косинов, впрочем, никакого приема там не велось, зато на приемную распространялась депутатская неприкосновенность, в том числе от следственных и налоговых органов. Информацию об адресе приемной в открытых источниках найти не удалось, но, по словам Андрея Альшевских, она располагалась чуть ли не в соседнем помещении с кабинетом Мазуркевича.

По словам Мельника, среди общественных помощников Дорохина оказались также руководители ОАО «Научно-исследовательский институт космического приборостроения», Ассоциации по сертификации «Русский Регистр», КБ «Технологии кино», Россоюзхолодпрома и даже представители Ростехнадзора, Ростехнологий, Итало-российской торговой палаты и других российских и иностранных компаний.

Спецномера для машины Сергея Мазуркевича

Скандалы с продажами корочек помощников депутатов не новость: так, в 2013 году были задержаны помощники депутата от ЛДПР Сергея Сироткина, просившие за удостоверения полмиллиона рублей (один из них, очевидно, пошел на сделку со следствием и вышел на свободу, второго приговорили к 2,5 годам колонии).

В 2015 году попался помощник депутата Рустама Ишмухаметова (ЕР), пытавшийся получить за корочку $150 тыс., – он был приговорен к трем годам колонии. Никаких разбирательств в отношении самих парламентариев инициировано не было, хотя получить удостоверение помощника без ведома депутата невозможно.

По закону, помощник назначается по представлению депутата, и только сам депутат под роспись получает удостоверение – по словам Мельника, этот момент описан в некоем внутреннем регламенте Госдумы. РС обратилось в пресс-службу парламента за подтверждением данной информации, однако на момент сдачи материала ответа не получило.

Депутат Андрей Альшевских подтвердил, что в обход депутата помощником стать невозможно, сам он в первый раз избрался в Думу и общественными помощниками пока не обзавелся.

Сергей Мельник рассказывает: его босс отличался особенной жадностью и мог передавать одно и то же удостоверение по несколько раз: «Допустим, компания, которая получила у него удостоверение помощника, становится ему неинтересна, нет от нее пользы финансовой, он изымает это удостоверение под любыми предлогами и выдает его другому человеку, который более для него полезен.

У него часто помощники менялись», – поясняет Мельник. Проверить эту информацию невозможно, данные о помощниках депутатов Госдумы не публичны.

За запрос не бьют

Впрочем, основная статья доходов любого думского (и, надо полагать, не только думского) депутата – лоббирование интересов разных компаний и граждан. Инструмент простой – депутатские запросы, на которые получатели обязаны отвечать в течение 30 дней.

Их отправляют, когда у фирм возникают проблемы с государственными органами, когда ту или иную компанию нужно «рекомендовать» для участия в торгах или даже просто посоветовать в качестве партнера. Гарантий никаких, но: «В регионах мало кто хочет связываться с депутатами Госдумы. Когда они понимают, что то или иное дело держит на контроле депутат или даже руководитель фракции, для них это сигнал», – говорит Мельник.

По его словам, запрос от депутата уровня Павла Дорохина стоит от 500 до 800 тыс. рублей, впрочем, иногда его веса оказывается недостаточно и приходится обращаться к шефу: «[В таком случае] этот человек [клиент] пишет на Зюганова, тот своей резолюцией пишет: «Дорохину на рассмотрение, принять меры».

Иногда этого достаточно, чтобы в запросе от депутата пошла такая формулировка: «По распоряжению руководителя фракции КПРФ Геннадия Зюганова» – такая бумага стоит до 3 млн рублей.

Пример рекомендательного депутатского запроса

В распоряжении РС есть несколько запросов по самым разным компаниям, к примеру, в 2014 году Павел Дорохин активно защищал интересы проектно-производственного строительного объединения «Группа компаний АМК» из Свердловской области.

Письма с рекомендацией привлечь АМК к строительству или модернизации самых разных объектов были отправлены в «Объединенную судостроительную корпорацию» (ОСК), губернатору Камчатского края, на «Уралвагонзавод» и в другие коммерческие и государственные структуры.

Первый вице-президент ОСК Леонид Стругов 13 января 2015 года ответил Дорохину, что его компания имеет негативный опыт работы с подопечными депутата: АМК сорвала сроки проекта, поскольку разработанная ею проектная документация была «низкого качества».

Это не охладило Дорохина, который хотел выбить для АМК контракт на модернизацию 5-го судоремонтного завода в Темрюке. Как объясняет Мельник, Павел Дорохин и Олег Козлов, генеральный директор АМК, решили действовать не через головной офис ОСК, а через центр судоремонта «Звездочка», которому принадлежит темрюкский завод.

Именно эта проектная документация была забракована Министерством промышленности и торговли. В распоряжении РС есть аудиозапись со встречи Дорохина и Козлова, на которой они разрабатывают план дальнейших действий: руководство «Звездочки» должно написать письмо на имя Дорохина с просьбой помочь с утверждением проекта, а Дорохин в свою очередь пишет на тогдашнего первого замминистра промышленности Глеба Никитина.

Оба письма также есть у РС. На той же записи озвучена и сумма контракта – 3,7 млрд рублей. На другой аудиозаписи Павел Дорохин говорит с тем же Козловым по телефону – отчитывается о своей поездке на Камчатку, в рамках которой он встречался с губернатором и замолвил словечко за АМК, а также обсуждает грядущую встречу с руководителем Ростехнадзора Алексеем Алёшиным.

Не всегда запросы приносят желаемый результат

Другой пример – Феодосийский механический завод, тогдашний генеральный директор которого Владимир Ельчанинов вышел на Сергея Мельника, а через него на Павла Дорохина. ФМЗ до сих пор борется с рейдерами из числа других крымских предпринимателей, в 2014 году, после встречи в «Британской королеве», где Ельчанинов якобы передал Дорохину 600 тыс. рублей, Мельник по указанию шефа начал рассылать депутатские запросы в прокуратуру, ФСБ, МВД и другие органы.

Завод, впрочем, спасти не удалось: по словам Мельника, его начальник запросил у руководства ФМЗ больше денег, те платить отказались, а Дорохин, приехав в Крым на отдых, якобы встретился с самими рейдерами, после чего запретил Мельнику как-либо помогать предприятию.

Владимир Ельчанинов в разговоре с РС данную информацию не подтвердил и не опроверг, сказав, что уже два года как отошел от дел. Его молчание объяснимо: по информации РС, он и его родные подвергались угрозам со стороны рейдеров.

Историю ФМЗ Сергей Мельник описывает в уже вышедшей (но, по его словам, сильно отредактированной) книге «Крым 2014. Как из меня сделали преступника». В ней же он описывает еще один нестандартный способ заработать: якобы в конце 2014 года, когда он собрался в утвержденный заранее отпуск, Дорохин передумал его отпускать и потребовал заплатить 150 тыс. рублей. Мельник поездку отменять не хотел и деньги заплатил.

Другие виды заработка: экспертные советы, в которые включаются представители бизнеса и госорганов. Павел Дорохин, к примеру, зарегистрировал экспертный совет при Комитете по промышленности. «Благодаря совету созываются заседания – в Думе или на выезде, – рассказывает Мельник. – Туда приглашаются чиновники, в которых заинтересован предприниматель. Он там со всеми знакомится. После такого заседания в любом случае идет депутатский запрос, что вот эта компания хорошая, не могли бы вы впустить ее в тендерные торги».

Если кому позволяет бюджет, можно выписать депутата или даже руководителя фракции на встречу с сотрудниками своего завода или на другое мероприятие: «Компания делает рекламу для себя, что вот, нас посетил Зюганов или Мельников (Иван Мельников (КПРФ), первый заместитель председателя Госдумы. – Прим. РС), потом опять же идут депутатские запросы».

Поддельный семинар

В июле 2013 года некая Московская дирекция Немецкой академии экономики и международного бизнеса (ее следов в интернете обнаружить не удалось) предложила Павлу Дорохину пролоббировать их проект по проведению бизнес-семинаров в европейских странах для руководителей промышленных предприятий.

Получив одобрение Геннадия Зюганова, Дорохин вместе с партнерами разработал рекомендательные письма, которые десятками стали рассылаться по администрациям российских регионов с просьбой перенаправить информацию в профильные компании. В распоряжении РС есть отсканированные черновики писем с ремарками Дорохина, а также финальные варианты с его подписью.

Семинары планировалось проводить в Германии, Италии и Франции в 2014 году, стоимость их составляла порядка 130 тыс. рублей на человека. Клиенты потянулись, но вот только семинары проводить никто не собирался.

По словам Мельника, уже в феврале в приемную Дорохина стали поступать звонки от обманутых клиентов, Мельник докладывал о них начальнику, но тот отвечал, что все вопросы решит сам. Более того, в январе 2014 года в Думу начали возвращаться не нашедшие адресатов письма с поддельной подписью Дорохина и с идентичным содержанием. Встревоженный Мельник показал их шефу, но получил тот же ответ: не лезь не в свое дело.

Письмо о семинарах с подписью Павла Дорохина

Вторая помощница Дорохина Анна Малютина тем временем успокаивала звонивших клиентов, объясняя, что семинары проведут, но несколько позже. В марте 2014-го Россия аннексировала Крым, за этим последовали западные санкции, которые было легко использовать для объяснения отсрочки.

Только когда в середине сентября 2014-го кто-то из клиентов написал жалобу на имя председателя Комитета по промышленности Сергея Собко, тот, как рассказывает Мельник, засуетился: сначала вызвал «на ковер» самого Дорохина и Анну Малютину, но Дорохин на этой встрече якобы от семинаров открестился.

Тогда Собко вызвал Мельника, который представил ему компрометирующие документы. На второй встрече с Собко в октябре 2014-го Дорохин признал, что имел отношение к семинарам, но проект «вышел из-под контроля». Сам Мельник при этом не присутствовал, но записал разговор с одним из свидетелей, рассказавшим, что Дорохин признал, что подписал как минимум 30 рекламных писем. На некоторых приглашениях стояла и подпись Сергея Мельника.

Собко порекомендовал Дорохину обратиться в правоохранительные органы, а сам информировал начальство: Геннадия Зюганова и тогдашнего спикера Госдумы Сергея Нарышкина. По словам того же источника, дело удалось замять: «В принципе, это мог инициировать и Нарышкин сам. То есть отдать в Комитет по расследованию депутатской этики. (…) Если Нарышкин этого не сделал, то я так предполагаю, что его Гена попросил, чтобы тот не давал ход этому делу.

Потому что [Собко] официально на Нарышкина написал, и к Гене пришел. Гена его просто-напросто отфутболил, даже слушать не стал: чего ты ко мне ходишь, сам разбирайся, твоя епархия. Твой комитет, сам решай вопросы, до свидания.

Тот пошел к Нарышкину уже, раз этот не хочет ничего делать. Я думаю, что, скорее всего, Нарышкин вызвал Гену, тот ему сказал, что ну не давай ход этому делу, я, там, или фракция проголосует или еще что-то. Ты же сам знаешь все эти политические торги», – говорит собеседник Мельника, личность которого он попросил не раскрывать.

Как вспоминает Мельник, после встречи с Собко Дорохин начал уничтожать документы: часть отправили в шредер, часть вывезли из Думы, кроме того, Мельнику начали намекать, что поддельные подписи – его рук дело. Публично при этом связь с организаторами семинаров Дорохин отрицал: «Я начал собственное депутатское расследование, и вместе с правоохранительными органами мы прилагаем все усилия по розыску мошенников и возврату денежных средств», – пишет он в ОЭК 19 ноября 2014 года. «Мошенники» при этом были рядом: уже 8 сентября 2014 года он приглашает «для дачи объяснений» генерального директора «Еврокома» и других лиц.

29 декабря 2014 года Следственный комитет возбудил уголовное дело по фактам мошенничества. Мельник не стал дожидаться, пока его назначат виноватым за непроведенные семинары, и сбежал за границу в июле 2015-го. Дело тем не менее надо было расследовать, 2,5 года колонии получил некто Карен Иоанесов – один из членов команды по организации семинаров.

В открытом доступе есть только резолютивная часть приговора, однако и ее достаточно, чтобы понять, что дело расследовалось для галочки: соучастниками по делу не проходят ни учредители, ни директора ООО «Евроком» и ООО «Спецтрейд», на которые клиенты переводили деньги за семинары, зато упоминается соучастник – неназванный помощник депутата Государственной думы. Мельник уверен, что речь идет о нем.

Любопытно также, что пострадавшими по делу признаны 15 компаний, однако гражданский иск к обвиняемому подала лишь одна, да и тот не был принят судом. Как удалось выяснить РС, некоторые обманутые компании вообще не были в курсе расследования: так тогдашний директор Союза строителей Республики Башкортостан Виктор Коротун подтвердил, что получал письмо из приемной Дорохина с рекламой семинаров, переслал его компаниям, входящим в Союз, одна из которых – ООО «Фасадные технологии» – заплатила «Еврокому» 130 тыс. рублей, но ни на какой семинар никто так и не поехал.

Директор «Фасадных технологий» писал возмущенные письма в Союз, Коротун писал в Госдуму, но представители Следственного комитета с ними не связывались.

Трешка за депутатство

Работая помощником, Сергей Мельник мечтал об одном: что сам станет депутатом, пусть даже не Госдумы. Ему было вообще все равно, в какой регион ехать. Дорохин обещал ему место в Законодательном собрании Свердловской области, но обещания в жизнь так и не воплотились, тогда через депутата Юрия Афонина (КПРФ) Мельник попытался баллотироваться в Законодательное собрание Тульской области, заплатив за это 3 млн рублей.

Сумма, как поясняет Мельник, не такая большая, потому что он сам собирался проводить предвыборную кампанию, не рассчитывая на помощь партии. Как он рассказывает в своей книге про Крым, Павел Дорохин запретил ему участвовать в выборах в Туле, предложив баллотироваться в Крыму в сентябре 2014-го – в городской совет Феодосии и в крымский парламент.

Выбора у Мельника не было: Дорохин грозился наговорить про него гадостей Зюганову. В партийные списки по Крыму Мельник не попал – заявился слишком поздно – и участвовал в выборах самовыдвиженцем. Проигравший выборы Мельник рассказывает, что на протяжении всей кампании на него оказывали давление, срывали его рекламные плакаты или заклеивали их листовками с надписью «Гей», пытались даже угрожать физически и уж точно никак не помогали: ни Дорохин, ни тем более Зюганов публично не поддержали своего кандидата.

Во фракции ходили слухи, что лидера КПРФ попросили не проявлять особой активности в Крыму – полуостров нужен был партии власти.

2014 год был не очень удачным и для самого Дорохина: в августе его сняли с выборов в губернаторы Тюменской области за то, что скрыл судимость 2000 года (ч.1 ст. 222 – «Хранение оружия»). В распоряжении РС есть письмо Дорохина на имя председателя Центризбиркома Владимира Чурова с просьбой не снимать его с выборов: мол, и пистолет ему подбросили, и освободили от наказания по амнистии, и он не знал, снята с него судимость или нет. Судимость, однако, снята не была. Думская комиссия по этике этой историей также не заинтересовалась.

Бегство

По возвращении из Крыма ситуация на работе обострилась: Мельник вошел в открытый конфликт с Дорохиным, которого раздражала его активная кампания в Крыму и попытки совать нос не в свои дела. Уже тогда у Мельника была готова рукопись его крымского дневника, которую он давал читать знакомым.

По просьбе Дорохина в начале октября 2014 года он встретился с неким сотрудником ФСБ Игорем, который намекнул ему, что его рукопись тянет на статью из-за критического отношения к «аннексии Крыма» (эти формулировки были изменены по требованию издательства), а также посоветовал ему не рыпаться, работать дальше на своего депутата и никому ничего не рассказывать.

В мае 2015-го вышел разоблачительный материал на Lenta.ru, Мельник божится, что информацию слил не он, но Дорохин окончательно перестал доверять ему.

3 июня 2015 года Мельника вызвали к Дорохину, где тот в присутствии своего помощника Александра Мартыненко и неизвестного Мельнику сотрудника ФСБ начал требовать от Мельника написать заявление об увольнении. Мельник отказался.

«Тут сразу посыпались угрозы, что он [Дорохин] знает, где мои родители проживают, где мои родные-близкие проживают, что с ними может все, что угодно, случиться, что если не будешь сговорчив, сейчас выйдешь из Госдумы, тебя увезут, ни один из твоих родственников тебя не найдет», – вспоминает Сергей.

Порядком испугавшись, Мельник выбежал из кабинета и затерялся в коридорах Думы. Он попытался связаться с Сергеем Собко и другими знакомыми депутатами, но на месте никого не оказалось, тогда он включил на телефоне диктофон и вернулся к Дорохину.

На записи слышно, как Мельник предлагает написать заявление после положенного отпуска, Дорохин настаивает на том, чтобы он писал его сейчас, помощник Мартыненко грубо разговаривает с ним, Мельник снова пытается выйти из кабинета, его силой усаживают за стол, и он все же пишет заявление. Затем под звуки музыки Моцарта в парадном холле парламента он сдает свое удостоверение сотруднику ФСО.

В течение следующего месяца Мельник пытается получить свои документы в отделе кадров Госдумы, чтобы подать в суд на работодателя – как оказалось, уволили его не по собственному желанию, а «в связи с утратой доверия». Все это время ему ежедневно звонят с угрозами то помощники Дорохина, то Игорь из ФСБ, который, по словам Мельника, однажды повторил свои угрозы и лично, встретив его у метро, поигрывая складным ножичком.

13 июля 2015-го, через несколько минут после того, как Мельник наконец забрал свою трудовую книжку, ему позвонил следователь СК Сагателов, пригласивший его на допрос по делу о семинарах. Мельник без повестки идти отказался, следователь повестки не присылал, но звонил ему с утра до ночи. «Я менял сим-карту, через день он мне звонил на новый номер», – говорит Мельник.

22 июля экс-помощник на полчаса разминулся с полицией и представителями СК, заявившимися к нему домой, и, не став дожидаться ареста, уехал сперва в Таллин, потом в Вильнюс, а оттуда уже попал в Германию. В федеральный розыск его объявили только 1 июня 2016 года (за 23 дня до оглашения приговора по Карену Иоанесову), впрочем, никаких повесток по месту жительства Мельника по-прежнему не приходило.

Павел Дорохин от комментариев по каким-либо вопросам, изложенным в данном материале, отказался.

Сергей Хазов-Кассиа

Источник: rospres.com

Оставить комментарий