Глава «Роснефти» Игорь Сечин в закрытом режиме рассказал суду апелляционной инстанции о взятке экс-министру Алексею Улюкеву

Оригинал этого материала 
©
 «Коммерсант»

Мосгорсуд в четверг оставил в силе восьмилетний срок заключения, назначенный ранее экс-министру экономического развития РФ Алексею Улюкаеву.

Игорь Сечин

Впервые в качестве свидетеля по делу в суде выступил глава «Роснефти» Игорь Сечин, который рассказал, как и когда господин Улюкаев требовал у него $2 млн за согласование покупки пакета акций «Башнефти». Экс-министр назвал показания господина Сечина недостоверными, однако суд поверил свидетелю.

Сообщение о том, что в судебном заседании примет участие глава «Роснефти» Игорь Сечин, стало абсолютной неожиданностью не только для присутствовавших в Мосгорсуде журналистов, но и для четырех адвокатов осужденного Алексея Улюкаева.

Представители гособвинения объявили о том, что хотят вызвать «свидетеля Сечина», практически в самом начале заседания — после того, как защита приобщила к материалам дела справку из СИЗО об удовлетворительном состоянии здоровья бывшего министра. Адвокаты не скрывали удивления, а судьи лишь уточнили, «обеспечили ли прокуроры явку свидетеля».

Дело в том, что в ходе процесса в Замоскворецком суде столицы, который рассматривал дело господина Улюкаева, свидетеля Сечина на допрос пытались вызвать неоднократно, но так главу «Роснефти» и не дождались. Причиной тому, как объясняли в нефтяной компании, был предельно загруженный рабочий график ее руководителя — это дало повод подсудимому Улюкаеву сыронизировать, что «ключевой свидетель потерялся где-то между Римом и Ханты-Мансийском».

Однако на этот раз представители прокуратуры уверенно ответили утвердительно и тут же попросили суд закрыть допрос господина Сечина от СМИ, сославшись на то, что речь пойдет о вещах, составляющих коммерческую тайну. Защита возражала. «В первой инстанции мы пять месяцев под лупой изучали все детали сделки, рассматривали правительственные документы, допрашивали министров и глав федеральных агентств. Какие тайны там остались?» — недоумевал адвокат Тимофей Гриднев.

Корреспондент “Ъ” Роман Дорофеев из зала суда: 
Еще до того, как процесс для СМИ сделали закрытым, можно было видеть, что для адвокатов Улюкаева сегодняшний вызов Сечина в суд был полной неожиданностью. Перед началом суда они подготовили ходатайство о том, чтобы были частично рассекречены результаты оперативно-разыскных мероприятий, которые обеспечивала ФСБ по делу Улюкаева, но к допросу Сечина они не готовились.

Однако суд согласился закрыть процесс. Журналисты попытались было подстеречь Игоря Сечина в коридорах, но меньше чем через пять минут судебные приставы сообщили представителям СМИ, что глава «Роснефти» уже находится в зале и дает показания. Как выяснилось, попал он туда через специальный коридор, в рядовые дни предназначенный для судей. В апелляционный же корпус господин Сечин в сопровождении охраны перешел по надземному застекленному переходу из основного здания Мосгорсуда.

[«Газета РБК», 13.04.2018, «Суд с сюрпризом»: Причиной прихода Сечина на суд могло быть опасение, что приговор отменят, считает член совета по взаимодействию с институтами гражданского общества при председателе Совета Федерации Евгений Корчаго.

«Он является основным свидетелем обвинения, и никто, кроме него, не видел, как Улюкаев требовал от него деньги. Поэтому его появление в апелляции можно расценивать как придание приговору первой инстанции легитимности, что уменьшает вероятность его последующей отмены», — уверен Корчаго. Другую версию неожиданного приезда Сечина в суд выдвигает экс-генпрокурор России Юрий Скуратов. «Появление Сечина в суде не было связано с опасениями по поводу того, что приговор не устоит, мы знаем, что у нас судьи очень понятливые, тем более что общественное мнение было подготовлено заранее», — говорит он.

По мнению Скуратова, приход руководителя «Роснефти» связан с угрозой личному авторитету из-за многочисленных критических замечаний, которые были высказаны в его адрес. «Нельзя одному из заявителей демонстрировать неуважение к суду», — считает бывший генпрокурор. 

Неожиданное решение Сечина может быть обусловлено либо личной рекомендацией президента Владимира Путина, либо следствием борьбы за распределение мест в высших эшелонах власти после инаугурации главы государства, уверен политконсультант Дмитрий Фетисов.

 «Президент публично критиковал Сечина за неучастие в столь громком процессе. Сечин как человек системный не заинтересован в том, чтобы его влияние падало. В контексте скорой отставки правительства Сечин сигнализирует, что желает сохранить свое влияние и, возможно, получить какую-то новую высокую должность, добавил Фетисов. И именно поэтому мог обратить внимание на критику и пойти на суд», — заключил эксперт. — Врезка К.ру]

Пока глава «Роснефти» давал показания, приставы оцепили половину этажа, на котором находится зал заседаний, объяснив это тем, что в закрытой части «находятся служебные помещения, в которых журналистам делать нечего». Однако спустя полтора с небольшим часа, сразу после того как Игорь Сечин покинул здание, кордон был снят.

Адвокаты тут же попросили перерыв, чтобы внести коррективы в заготовленные речи с учетом того, что они услышали от Игоря Сечина. «Лично я строила свое выступление в прениях на том, что показания Сечина отсутствуют»,— объяснила адвокат осужденного Дареджан Квеидзе. Суд эту просьбу удовлетворил и прервал заседание на два часа.

После перерыва присутствующим быстро стало ясно, что говорил суду Игорь Сечин, поскольку его показания стали предметом анализа адвокатов. Судя по их комментариям, в основном большое значение имел рассказ свидетеля о том, как и когда именно Алексей Улюкаев потребовал от него $2 млн.

По версии главы «Роснефти», это произошло во время саммита БРИКС в Гоа, по дороге на совещание с президентом Владимиром Путиным. По версии Игоря Сечина, он вместе с Алексеем Улюкаевым в течение десяти минут поднимались из холла отеля в зал, где должно было начаться заседание, и именно в это время господин Улюкаев потребовал деньги. «За что?» — поинтересовался господин Сечин и, по его словам, получил ответ, что за сделку по покупке «Башнефти».

«Изначально приговор был вынесен, несмотря на то что не было определено, где и как Улюкаев потребовал взятку. Это важный квалифицирующий признак этого состава преступления, и без его установления приговор становится ничтожным,— заявил суду адвокат Тимофей Гриднев.— Сечин частично рассказал об этих обстоятельствах, но его слова не состыкуются с показаниями других свидетелей».

При этом защитник напомнил о показаниях одного из охранников главы «Роснефти» Вадима Деревягина, который утверждал, что «никогда не выпускает из поля зрения» Игоря Сечина, а видел рядом с ним Алексея Улюкаева лишь возле бильярдного стола, до того как они спустились в холл.

Сам Алексей Улюкаев, выглядевший в четверг грустным и усталым, назвал рассказ свидетеля недостоверным. «Когда мы отошли от бильярдного стола, мы спустились вниз в холл, и вскоре сотрудники протокола президента позвали нас в зал. Работа протокола устроена так, что мы — члены правительства и администрации президента — должны заходить в зал отдельно от представителей бизнеса, среди которых был и Сечин. То есть мы пересеклись с ним в толпе буквально на 30 секунд. Нам надо было подняться на второй этаж, вокруг были люди. Как я мог в таких обстоятельствах вымогать деньги?» — пояснил осужденный.

[«Ведомости», 13.04.2018, «Игорь Сечин выбил главный козырь у защиты»: Сечин сообщил, что подтвердил в суде свою позицию, что Улюкаев требовал от него незаконное вознаграждение: «Сам обозначил его сумму, сам приехал за ним и сам уехал. По сути, сегодня и защита, и сам Улюкаев уже не задавали вопросов про вино и про какие-то отвлекающие от сути дела моменты». […] 

Замоскворецкий суд установил, что взятку за содействие в приватизации «Башнефти» Улюкаев требовал у Сечина, когда тот играл на бильярде с предправления ВТБ Андреем Костиным на Гоа (Индия) во время саммита БРИКС. […] 
Теперь Сечин, по словам адвоката Тимофея Гриднева, сообщил, что разговор произошел позднее, когда участники саммита поднимались по лестнице в зал по приглашению президентской службы протокола. […]
 

Эти показания обнуляют тщательно выстроенную следствием и Замоскворецким судом цепочку доказательств, настаивал Гриднев: «Вы сначала докажите, что он требовал, а потом говорите, что получал взятку». До сих пор у суда были показания свидетелей и даже видеозапись игры на бильярде, говорил адвокат, а сегодня только слова двух людей, поднимавшихся по лестнице в толпе. […] 

Сечин также признал, рассказал Гриднев, что у Улюкаева не было полномочий повлиять на сделку с акциями «Башнефти»; а еще он подтвердил, что был инициатором телефонного разговора, в ходе которого Улюкаев дал согласие приехать в офис «Роснефти», где и получил сумку с деньгами.

Сечин объяснил, что в компанию пришло письмо о не совсем удобной цене приватизации пакета акций «Роснефти» и это письмо он воспринял как знак, что пора платить. «Если у кого-то письмо относительно приватизации «Роснефти» вызывает желание дать денег, это еще не повод осуждать министра, который отстаивает интересы государства», — аргументировал Гриднев. […] 

О судьбе $2 млн ничего не известно, хотя Замоскворецкий суд решил, что их судьбу должна определить именно апелляционная инстанция. […] 

На самом деле инкриминируемое Улюкаеву преступление ну никак не тянет на вымогательство взятки — мошенничество в чистом виде, очень странно, что суд этого не заметил, говорит адвокат Владимир Жеребенков. Если даже Сечин знал, что повлиять на сделку Улюкаев не мог, где здесь использование должностного положения, недоумевает адвокат.

За мошенничество наказание ниже, до 10 лет, но преступление не завершено, назначить могут не более двух третей, а с учетом личности подсудимого — не более пяти лет, подсчитывает Жеребенков. Переквалифицировать дело сможет и вышестоящая инстанция, полагает адвокат, дело наверняка дойдет и до Верховного суда. А то, что Улюкаеву разрешили выполнять хозяйственно-распорядительные функции, свидетельствует скорее всего, что ему удастся занять в колонии хорошее место — заведующего библиотекой, спортзалом или клубом, заключает Жеребенков. — Врезка К.ру]

Эмоциональные споры сторон вызвали также обстоятельства передачи господину Улюкаеву $2 млн во дворе офиса «Роснефти» и предшествовавший этому телефонный разговор между министром и главой нефтяной компании.

«Сечин делал все, чтобы заманить ничего не подозревающего Улюкаева в офис “Роснефти”. И делал это с единственной целью — отдать ему сумку, о содержании которой Улюкаев ничего не знал. Почитайте расшифровку записи их разговора! Улюкаев не хочет ехать в “Роснефть”, у него день расписан, а этот график всеми силами ломает Сечин. Он приглашает его сначала обсудить рабочие вопросы, а потом “на секундочку” зовет посмотреть центральное диспетчерское управление. Это уже неофициальное приглашение в гости, от которого Улюкаеву было бы неприлично отказываться!» — уверял суд Тимофей Гриднев.

«Да-да, почитайте расшифровку! — ответил защитнику прокурор Борис Непорожный.— Улюкаев даже спасибо не сказал Сечину. Это разве похоже на разговор двух нормальных людей, один из которых дарит другому подарок? Что говорят нормальные люди? Ну, например: это французское красное 2010 года. А в ответ слышат: спасибо, попробую, расскажу. Но никак не “задание выполнено, объем собран”. И зачем Улюкаеву 20 литров вина? Улюкаев поехал за своими денежками, отложил дела, так как корысть взяла свое».

Он назвал приговор полностью обоснованным, а «очередную версию защиты» назвал «глупейшей». Последнее вызвало возмущение адвокатов, которые обвинили господина Непорожного в оскорблении.

Сам Алексей Улюкаев, выступая с последним словом, вновь заявил, что невиновен, а все обвинение «строится по системе ОБС»:

Только не одна баба сказала, а один мужик, которому другой мужик сказал, что третий у него вымогает взятку»,— сказал экс-министр, попросив суд «вынести справедливое решение».

В итоге Мосгорсуд изменил приговор совсем незначительно. Он оставил в силе восьмилетний срок заключения господина Улюкаева в колонии строгого режима и наложенный на него 130-миллионный штраф. При этом из приговора был исключен запрет на занятие управленческих должностей после отбытия наказания, да и эта поблажка не касалась работы в госорганах.

Адвокат Квеидзе после заседания заявила, что защита будет оспаривать решение Мосгорсуда в кассационной инстанции. Ранее она же заявляла, что адвокаты дойдут и до Европейского суда по правам человека.

Одним из пунктов жалобы в ЕСПЧ вполне может стать нарушение права господина Улюкаева на справедливый суд (ст. 6 Европейской конвенции о защите прав и свобод человека). Дело в том, что на заседании в четверг Мосгорсуд отказался ввести в процесс в качестве общественного защитника супругу Алексея Улюкаева Юлию Хряпину. Отказ был мотивирован тем, что у бывшего министра и так «четыре профессиональных адвоката».

[The Bell, 12.04.2018, «Защита Улюкаева может потребовать переквалификации его обвинения на мошенничество»: По словам двух источников The Bell, близких к защите Улюкаева, на допросе Сечин показал, что Улюкаев требовал у него деньги, обещая повлиять на результаты сделки с Башнефтью. На это Сечин, по его собственным словам, ответил, что это не входит в его [Улюкаева] должностные обязанности, и принимать такие решения — не в его компетенции. Эти показания дают защите право требовать переквалификации статьи, по которой осужден Улюкаев (ч. 6 ст. 290 УК — «Получение взятки в особо крупном размере»), на более легкую — «Мошенничество», говорят источники The Bell. 

В случае переквалификации статьи действия Улюкаева могут подпадать под ч.3 ст. 159 УК — «Мошенничество в особо крупном размере». Это преступление определяется законом не как особо тяжкое (в отличие от ст. 290), а как просто тяжкое. По нынешней статье Улюкаева 8 лет лишения свободы, которые и получил экс-министр, — минимально возможное наказание. По статье о мошенничестве срок может быть существенно меньше — нижнего порога по ней нет, а максимальный срок составляет 10 лет. — Врезка К.ру]

Оставить комментарий